October 29th, 2011

В Суздале

И снова о младостарчестве

О таком, крайне распространенном ныне явлении, как младостарчество, написано немало статей. Хотелось бы высказать и собственные размышления по этому поводу.



Одной из причин, по которой данное явление стало общераспространенным, я вижу, к сожалению, агиографическую литературу. Изначально жития преподобных заключали в себе, за редким исключением, не реально происходившие в жизни того или иного подвижника события, а отфильтрованный «лубочный» вариант. У читателя складывалось впечатление о преподобном, что он, пройдя определенный путь аскетизма, становился недоступным для искушений[1], более того, его слова и поступки во всей полноте были озарены Божественной благодатью. В древних патериках мы видим, что с искушениями (как плотскими, естественными, так и с противоестественными – гордыней, тщеславием и прочими) святые продолжали борьбу до самых последних своих дней. Но этого не видно из современных житий. Конечно, цель авторов была благородной – возвысить подвиг подвижника до тех высот, которым благочестивому христианину хочется подражать без всякого смущения. Но здесь, как видится автору статьи, и было заложено зерно младостарчества. Ведь, если из житий мы видим, как некий подвижник обладал, например, прозорливостью, причем прозорливостью безукоризненной, то почему подобное качество нельзя приложить к своему современнику, отличающемуся добродетельным житием? При общем духовном оскудении отдельные личности, достигшие определенного духовного преуспеяния, могут показаться находящимися на вершине святости.Collapse )
http://pravkniga.ru/mnenie.html?id=2386